по мотивам Янниса Рицоса
По улицам с утра и дотемна
слоняются юнцы, собаки, дамы,
сограждане с товарами в кошелках,
советники великих тайных сфер;
за поворотом снова что-то строят
или ломают. Лязг бензопилы
перекрывает низкий голос моря,
по мостовым гремят грузовики.
Лишь памятники помнят о покое,
по-над толпой протягивая руку
мне, страннику, сошедшему с пути.
Я здесь, я свой. Позвольте мне войти!
О нет, не в ряд величественных статуй
и крутолобых бюстов земляков:
войти в мой дом, оставленный когда-то,
где печь нетоплена, где прогнил потолок,
где помнят нас лишь стены да картина,
приросшая к покинутому дому -
забытого художника письмо.
Принес я в дом родной краюху хлеба,
воды кувшин да черное стекло -
чтобы смотреть на солнце. А еще
далекой горькой родины напевы,
мелодии лесов, полей и моря,
где все, как здесь, и только цвет ракушек
не розовый, а голубой.